"Заставляет наше сердце замирать" (Notion, 09.2011)

-Мы слышали удивительные вещи об обложке твоего альбома. Это снималось не в муниципальном квартале?
-Да, в Восточном Лондоне и у меня хвост с розовыми прядками. Я написала песню «Cinderella`s eyes» прошлой весной в апреле и сразу же захотела так назвать альбом и потом целый год подбирала фото для обложки. Я искала варианты, как можно все оформить. Боже мой, как не повезло людям, которые со мной работали, я замучила их почтовые ящики, отсылая по 40 картинок разом. В буклете к альбому я извиняюсь перед ними, но я просто хотела убедиться, что они понимают мое видение. Я хотела поймать в кадр границу реальности и сказки. Мое сознание всегда начеку, оно постоянно в реальной жизни, но мое тело – в случае как сегодня или как в Нью-Йорке на съемках клипа – оно  целиком в этой сказке и я хотела так представить мою жизнь. Я думала, что возможность записать такую пластинку – что-то нереальное. Не важно, сколько я вложила туда экспрессии, не важно, сколько внутри меня музыки... но сольный альбом? Для меня это странно. Я никогда не рассматривала это как вариант.

-Твое творчество довольно рисково. Почему?
-Может, мне просто нравятся странные вещи. Но раз любишь, значит любишь.

-Ты воспринимаешь свой первый сингл как рисковый?
-Да... сначала вы слушаете обычный поп, а потом понимаете, что в нем происходит сейчас.

Какой смысл выпускать очередной поп-данс трек? Я сказала Дипло: не присылай мне эту песню с танцевальными синтезаторами повсюду, как на радио, я такого не хочу. Я попросила его применить воображение, но не забывать о моем положении – я не хочу быть слишком странной (хотя мне могло бы это понравится), иногда бывает перебор с экспериментами. У всех есть свое мнение – у лейбла, менеджмента, друзей, радио, ТВ... Я просто старалась реализовать свой креатив. Думаю, что зашла настолько далеко, насколько могла, но, пожалуй, хотелось бы зайти чуть дальше.

Мы помним, как впервые услышали тизеры и подумали – это будет почти сумасшествие. Мне кажется, музыка это зеркало твоей личности. Если она не повсюду с тобой, если не пытаешься что-то сказать – то какой в этом смысл? Это как мода – думаю, вы видите, что я экспериментирую с модой, почему не сделать этого и с музыкой?

-За последние годы у тебя развился свой стиль. Повлияло то, что ты уже не в группе и у тебя появился больший выбор?
-[смеется] Я делала кое-какие ошибки. У нас всегда был выбор, но мы все-таки группа, и нужно было играть в команде. Наш стилист Виктория Эдкок очень тесно сотрудничала с нами в выборе одежды, подбирая каждой все индивидуально, но с возрастом крепнет твоя личность, а с ней и чувство стиля, ведь ты начинаешь верить в то, что ты делаешь.

-Что в твоем гардеробе сейчас вдохновляет больше всего?
-Я просто одеваюсь под настроение. Даже если я опаздываю на 1,5 часа, все равно не выйду из дома в том, что мне не нравится. Лучше приду позже, чем буду дергаться из-за того, что мне некомфортно. Не думаю, что люди сознают всю силу одежды. Мода может по-настоящему помочь тебе, если нужно. Она так много говорит и вносит разные оттенки в твою личность. Как когда я надела розовое платье от House of Holland и сказала, что оно меня взрослит. И перед камерой мне было трудно. Иногда мне кажется, что я и мой наряд – это одно целое, а если нет – я как будто разделена на части. Если одежды вызывает во мне определенные чувства, ее хочется носить. Все равно, что какой-нибудь музыкальный стиль, которому хочется подпевать. Это все формы самовыражения, и мне нравится использовать сразу музыку и моду.

-Тебе часто помогают в выборе одежды?
-В основном все делаю я – но не хочу, чтобы это показалось эгоизмом. Работать со мной – сущий кошмар, в том числе и в музыке – лейбл твердил: «Этого никто не делает, так много над дисками не работают, пусть миксуют, а потом пришлют тебе. Ты не можешь замиксовать все сама». Но я хотела поучаствовать во всем, почувствовать то, что это мое, звучит так, как я хочу, чтобы можно было этим гордиться. Если мне что-то не нравится – как я могу позволить, чтобы это представляло меня? Было трудно, когда поджимали сроки или когда люди не понимали, насколько это для меня важно.

-Дело в творчестве или ты беспокоилась о коммерческой стороне?
-Если бы я думала об успешных продажах, не работала бы с Дипло и Метрономией. Это наилучший опыт [в глазах у нее появляются слезы]. Каждый день я просыпалась и скучала по студии записи. Это было самое изумительное время. Работа с Джозефом из Метрономии – он такой талантливый, полностью отдается процессу и пытается помочь тебе и поддержать твои идеи... Я большая поклонница и Дипло тоже, он помогал мне, был в моей команде... я должна себя ущипнуть. Для меня очень важно, что при мысли о записи я могу положив руку на сердце сказать, что она моя на всю оставшуюся жизнь. Я слушала пластинку по дороге в Нью-Йорк на прошлой неделе и думала, что работала над дюжиной этих маленьких песен полтора года и каждая возрождает какие-то воспоминания, что-нибудь, что нам не удавалось, кого мы пытались привлечь к работе и все такое – я бы ни на что их не променяла.

-Что значит фраза из песни: «Don`t it make your heart go wow. How I`ve turn this all thing round». Звучит как заявление.
-Я 8 месяцев работала над записью и сначала там была фраза: «Take a bow and face the crowd» или что-то в этом роде, но та строчка крутилась в голове. Думала, есть ли уже у меня право говорить это? Но было чувство, что за последнее время мое ощущение себя так изменилось, что я пришла в нужную позицию. Сейчас я уверена в себе как никогда раньше. Мне правда больше не на кого обижаться. Для меня это уверенность после стольких лет ее отсутствия, теперь я действительно могу это признать.

-Почему раньше этой уверенности не было?
-Я слишком боялась. Очень переживала из-за того, что подумают люди. Хорошее или плохое. Я читаю людей довольно хорошо и чувствую, что очень быстро их узнаю. Были ситуации, когда я читала кого-то и то, что я узнавала, не обязательно было приятным... Я чувствовала, что в них много... Просто чувствовала негатив.

[Никола на мгновение грустнеет, но быстро приходит в себя, видимо, вспомнив, что «перевернула все вверх дном» и теперь уже фактически поп-звезда]